Восточные боевые, или воинские искусства имеют давнюю историю и традиции. Зародившись на заре цивилизации и эволюционируя вместе с развитием человека и общества, они не только служили целям самообороны и победы над врагом, но и составляли неотъемлемую часть культуры, впитывая в себя и приумножая важнейшие достижения в самых различных областях знаний, и прежде всего знаний о самом человеке, его внутреннем и духовном мире. Возникновение китайских боевых искусств относится, вероятно, к временам, не отраженным ни в одном историческом документе. Боевые техники открывались или разрабатывались в длительный период непрерывных столкновений между людьми и животными либо между различными племенами людей. Опыт подобных схваток накапливался, а техники, созданные на его основе, передавались из поколения в поколение.

Школы боевых искусств как форма передачи традиции стали появляться в Китае, Корее, Японии не так давно, лишь в XVI-XVII веках, но и тогда техника боя, тактические изыски, методы тренинга не считались особо важной темой: "Сначала настоящий человек, затем истинное знание". Любое движение, серия приемов или формальный комплекс были, в первую очередь, инструментами для воспитания человека. Через сложный ассоциативный ряд, порождаемый пышными названиями технических действий, через философскую обоснованность изменений и превращений, через ясное, сосредоточенное переживание движения пробивались мало-помалу ростки нового сознания - сознания Мастера.

Сначала в Китае, а затем в Японии и других странах Дальнего Востока ввиду присущих им особенностей исторического и культурного развития сложилась практика передачи "воинской традиции" для различных направлений и школ боевых искусств. От отца к сыну, от мастера к преемнику в монастырских, клановых и семейных школах передавались, накапливались и оттачивались секретные приемы и методы ведения поединка...

Значительное влияние оказал даосизм на развитие боевых искусств Китая. Следуя законам Дао и живя в гармонии с природой, даосские отшельники наблюдали за жизнью растительного и животного мира. Они заимствовали у природы рецепты здоровья и долголетия, а подражание оптимальным движениям зверей и птиц в борьбе за выживание легло в основу многих так называемых "звериных" стилей ушу.

Шаолиньский монастырь в провинции Хэнань был возведен в 495 г. во времена правления императора Сяовэнь-ди, прославившегося своей деятельностью по строительству буддийских монастырей. Считается, что инициатором его возведения был индийский монах Бато, который и начал преподавание ушу в монастыре.
При династии Северная Чжоу в 572-575 гг. монастырь был закрыт, но уже в 579-580 гг. снова восстановлен под названием Чжихусы. В 581 г. монастырь получил прежнее название: Шаолинь-сы, что означает "монастырь, стоящий на редколесье". Иногда название переводят как "молодой лес", вкладывая в это традиционное представление о жизненности и непобедимости всего гибкого, нового, растущего.
Монастырь в прошлом - признанный центр боевых искусств - ушу, а также родина чань (яп. дзэн) - буддизма.

Смысл учения Бодхидхармы заключался в необходимости обретения "внутреннего просветления", а не в следовании внешним формам и ритуалам. После этого Бодхидхарма удалился в пещеру, где просидел, по преданию, девять лет, уставившись в стену. Такая практика концентрированной внутренней работы и освобождения от всех понятийных представлений и конвенциальных установок явилась основой созданной им системы чань (яп. дзэн) - буддизма ("чань" - медитация, размышление). Однако в процессе развития и становления чань-буддизма медитация становится не единственным средством чаньского психфизического трениига, а дополняется также многими другими методами воздействия на психическое и соматическое состояние человека (физический труд, дыхательные и гимнастические упражнения, занятия боевыми искусствами, диета, приемы массажа и самомассажа, сигнальной рефлексотерапии, парадоксальные диалоги и загадки).

Рост популярности ушу во всем мире, высокий рейтинг чемпионатов по направлениям ушу-таолу и ушу-саньда, наконец, принятое МОК решение о включении ушу в программу показательных выступлений предстоящих Олимпийских игр требуют обратить самое пристальное внимание на развитие в России этого замечательного наследия китайской культуры, содержащего в себе помимо чисто боевого направления также и неисчерпаемый потенциал методов оздоровления и регенерации, созданных в течение тысячелетий и базирующихся на достижениях китайской народной медицины.
Трудности современного социально-экономического переходного периода в нашей стране не могли не сказаться на положении дел в области физической культуры и спорта. Сокращение финансирования, коммерциализация и переход на самоокупаемость большинства клубов и спортивных центров привели к падению массовости занятий спортом среди населения в целом и особенно среди молодежи. И как следствие, рост преступности, все более принимающая угрожающие размеры наркомания, культ насилия и отсутствие общечеловеческих моральных и нравственных принципов и идеалов. Все большее внимание уделяется спорту высших достижений, ранней профессионализации и подготовке чемпионов в ущерб оздоровительным и массовым видам спорта.

Как мы помним, сначала дзюдо с введением градаций, поясов и правил трансформировалось в общедоступный увлекательный спорт, та же участь позднее постигла каратэ и другие единоборства. Чего стоят всемирно разрекламированные стили "боевого каратэ", из арсенала которых вообще выкинуты наиболее важные удары. Ушу было низведено до чего то среднего между художественной и спортивной гимнастикой; лишь сравнительно недавно стало успешно развиваться ушу-саньда (спарринг в спортивном ушу), приближающее нас к условиям реального поединка.
Повсеместное увлечение восточными единоборствами сменилось более взвешенным отношением к ним в условиях доступности информации и конкуренции. Не секрет, что некоторые направления и школы каратэ, тхэквондо, айкидо и других боевых искусств, благодаря мощной финансовой и рекламной поддержке своих зарубежных организаторов и учредителей превратились в крупные цеха индустрии шоу-бизнеса в спорте и ими предпринимаются все новые усилия с целью упрочить свои позиции и пополнить свои ряды, для чего организуются массовые гала-концерты и международные супер-турниры, предоставляются немалые средства на подготовку тренерских и инструкторских кадров, которые стажируются и проходят соответствующую, в том числе психологическую обработку в международных центрах на предмет "преданности идее школы".

Главной целью подобной экспансии японских (а за последнее время - и корейских) центров является, безусловно, коммерция, однако немалую роль играет здесь и реклама своих "достижений", утверждение величия собственного национального духа, насаждение своих обычаев, нравов, культуры. Конечно, никто не будет отрицать несомненные значимые духовные и культурные ценности, скажем, Японии, Кореи или любой другой страны. Однако, отсюда совсем не следует, что из российских ребятишек, увлекающихся японскими боевыми искусствами, надо растить некое подобие самураев, лишать их родного языка, своих традиций, своей культуры, чувства собственного национального достоинства. А разве не этим занимаются так называемые наставники некоторых известных у нас школ каратэ, когда проводят парады, торжественные построения и презентации под звуки японского гимна и увешивают стены японскими флагами?
Но это только лишь внешняя сторона дела, хотя и очень важная сама по себе, требующая осознанного и внимательного отношения всех, имеющих отношение к развитию боевых искусств в нашей стране.
Другая, охватывающая содержание самого предмета, связана с прикладной, т.е. боевой и оздоровительной направленностью повседневной практики занятий, в процессе которых для многих становится очевидным, что всемирно разрекламированные "самые боевые системы", где, к примеру, вообще отсутствуют удары в голову руками, а также имеется целый ряд других условностей, профанируют само понятие "искусство боя". Это делает подобные единоборства практически малоэффективными, имеющими весьма отдаленное отношение к реальному единоборству.
Также иногда совершенно теряется и оздоровительный характер выполняемых упражнений: некоторые методики вообще не сообразуются ни с какими-либо медицинскими рекомендациями, ни с простым здравым смыслом. Достаточно привести пример, когда от начинающего ученика требуют продолжительного стояния в жесткой стойке типа мабу (яп. "киба-дачи"), что может стать причиной заболеваний суставов ног, варикозного расширения вен и т.п.

Время всё расставляет на свои места. Дух коммерции и наживы, нацеленность на "оболванивание" своих многочисленных "адептов", отсутствие какого-либо духовного начала, имеющего первостепенное значение для "Пути воина" во все времена, отвращают от такого "боевого искусства" любого мало-мальски задумывающегося человека. Не случайно именно поэтому многие за последние годы стали проявлять интерес к китайскому ушу как к первооснове, истоку боевых искусств. Однако ушу тоже бывает разное…
Следует помнить, что под видом ушу целый ряд лет с подачи государственных структур преподносилось сначала в КНР (а потом и нам, в России) некоторый его отзвук, жалкое подобие, а проще - обычная стилизованная гимнастика, получившая впоследствии название "ушу-таолу".
Период создания государственной системы ушу (гошу) в КНР, унифицирующей "народные" стили для целей массового физкультурного движения, совпал с началом налаживания контактов между Россией и КНР, в связи с этим появилась возможность получать информацию, так сказать, "из первых рук", от китайских товарищей, однако ценность этой информации была невелика, особенно если учесть, что наступившему этапу возрождения ушу в КНР предшествовали долгие годы гонений и репрессий, которым подвергалисьнастоящие школы народного ушу. Многие старые мастера ушу - носители истинного знания - были уничтожены, другие не желали делиться своими секретами. Исторически сложилось так, что большинство школ народного ушу в Китае носило закрытый клановый или фамильный уклад, и туда не принимали посторонних, а секреты держались в строжайшей тайне, что называется,"за семью печатями". Поэтому со смертью нескольких или даже одного из "хранителей секретов школы" эти самые секреты и традиции подчас безвозвратно терялись.

Взамен в КНР с подачи властей быстро (в ритме "большого скачка") развернули подготовку преподавателей спортивного ушу, для чего открыли по всей стране множество физкультурных институтов и отделений. Новоиспеченные китайские мастера и специалисты взамен традиционного ушу стали популяризировать свое собственное "искусство", в том числе и у нас в России.
В этих условиях в Москве и некоторых других городах, начиная с конца 80-х годов, началось насаждение так называемого спортивного ушу ("ушу - таолу"), создавались специализированные детские спортивные школы, где с подачи титулованных китайских учителей, приглашаемых по договору о культурном сотрудничестве межу нашими странами, готовили спортсменов "высшего класса", а говоря точнее, попросту физически и психически калечили детей, вытягивая их на "шпагаты", заставляя до автоматизма повторять и шлифовать лишенные всякого смысла и прикладного содержания бесконечные соревновательные формальные комплексы ("таолу") с их совершенно чудовищными требованиями и регламентациями, противоречащими тысячелетнему опыту традиционного ушу.
Любому тренеру в области боевых искусств известно, что если ребенок прозанимался в подобной школе пару лет - из него навряд ли уже сделаешь бойца. Закрепленный стереотип "расправленной груди и прямой "деревянной" спины", что является следствием занятий спортивным направлением ушу-таолу, нарушает естественную циркуляцию энергии-ци в организме человека и наносит прямой вред здоровью, о чем всегда предупреждали великие учителя традиционного ушу в Китае еще с незапамятных времен.

...именно настоящее боевое традиционное ушу, с его многовековой историей, вобравшей в себя и даосские методы обретения бессмертия, и достижения китайской народной медицины, и приемы чаньского психотренинга, равно как и секреты техники боя монастырских и народных школ ушу, и есть тот неиссякаемый источник, из которого проистекают все восточные боевые искусства.

Реальный бой всегда ставил точку в споре о том, какой стиль или школа сильнее, какой прием эффективнее, чей боец подготовлен лучше. Именно практика поединка являлась тем пробным камнем, на котором оттачивалось техническое и тактическое мастерство, умение мобилизовать в нужный момент все свои силы, преодолеть страх, стать над собственными эмоциями, т.е. управлять своим сознанием.
В сравнении стилей и школ ушу главным всегда был и остается прикладной аспект, соответствие их реалиям поединка. Это отвечает и названию"боевые искусства", и самому их духу.

Военный деятель эпохи Мин генерал Ци Цзигуан (1528-1587) в своем трактате "Новая книга об эффективности" (Цзи сяо синь шу) неоднократно указывал, что различные вычурные стили ушу, не имеющие прикладного боевого значения, "не надо изучать", и выступал за жесткий, чисто прикладной вариант ушу . В "Наставлении о подготовке солдатам" говорится: "совершен-ствовать свое боевое искусство надо не потому, что ты нахо-дишься на государственной службе и это входит в круг твоих обязанностей. Будучи солдатом, тебе жизненно важно уметь защитить себя, убить врага и тем самым совершить геройское деяние. Если ты умелый боец, ты убьешь врага, а он не сможет убить тебя. Если же враг искусней тебя, он убьет тебя. Поэтому не повышает боевое мастерство только тот, кому надоело жить".
Такой прикладной подход к изучению ушу способствовал развитию техники реального боя. Однако правящая верхушка и другие общественные силы в Китае в отдельные периоды времени ограничивали развитие жесткого и даже жестокого по своему характеру прикладного ушу, стремились направить его развитие по пути оздоровительной гимнастики, упражнений показательного характера. И хотя театрализованность, внешний эффект, акцент на формальные комплексы (таолу), и, главным образом, на красоту движений в выполнении этих комплексов сыграли свою стимулирующую роль в развитии ушу, однако уход от боевой практики и превалирование чисто внешней (формальной) стороны выполняемых упражнений всегда были тормозом на пути и мешали раскрыть практический потенциал приемов рукопашного боя. Рано или поздно такое ушу превращалось в то, что называется в Китае "тьма способов" ("ложный путь"), и не выдерживало испытания временем.
Следует еще раз подчеркнуть, что ушу - это "боевые искусства" по своему названию и по происхождению, и подменять ушу гимнастикой или спортивным состязанием значило бы убить сам дух ушу, лишить его внутреннего содержания и смысла, наконец, утратить важнейшие составляющие этой целостной системы знаний о человеке.

И сейчас в Китае известны сотни сильнейших в недавнем прошлом стилей, каждый из которых имеет свою собственную, порой весьма драматичную историю. Однако абсолютное большинство этих заявляющих о себе стилей и школ ушу утратило свое внутреннее содержание и трансформировалось в некое подобие гимнастики, лишенной воинского духа и наполненности боевыми приемами. Среди причин, объективно способствующих упадку китайских боевых искусств за последние десятилетия, следует назвать прежде всего масштабность социальных потрясений и общегосударственную политику, проводимую властями КНР до 1987 г. в отношении народных, "негосударственных" фамильных, клановых и монастырских школ ушу. Храмы и монастыри разрушались, их обитатели подвергались репрессиям, уцелевшие после гражданской и мировой войны мастера традиционного ушу, те, кому не удалось перебраться на Запад, вынуждены были заняться "общественно- полезным трудом" и пропали в "лагерях для перевоспитания".
И все же способность выживать в самые тяжкие времена, характерная для школ народного ушу, всегда находившихся под неусыпным оком властей и рассматривавших эти школы как очаги смуты и неблагонадежности, их закрытый фамильный уклад и передача секретов традиции самым верным преемникам и ближайшим родственникам, позволили и на этот раз некоторым из них уцелеть. В новых условиях с общей демократизацией жизни в КНР и желанием властей восстановить традиции ушу эти школы (вернее, их сохранившиеся представители) выходят из подполья и начинают развивать заново свое искусство.
Однако новые времена принесли свои не менее тяжелые испытания. На волне всеобщего увлечения боевыми искусствами в странах дальневосточного региона, в том числе и в КНР, стала налаживаться индустрия экспорта самых "великих стилей и школ боевых искусств" на любой вкус, что стало важной статьей дохода этих стран. Этот "ширпотреб" самого низкого уровня даже не смог противостоять в спортивных поединках западным спортивным единоборствам: кикбоксингу, фулл-контакту и др. С другой стороны, сами правила спортивных поединков, градации, весовые категории и т.п. в значительной мере нивелировали боевые искусства, низведя их до уровня зрелищного спорта.